Кухня Бернарда Шоу

      Шоу не был знатоком кулинарного искусства, как скажем, Гоголь или Дюма-отец, однако был вынужден практически познавать плоды вегетарианской кухни, а убежденным вегетарианцем он стал в двадцать пять лет. Он ел рис, пудинги, супы, салаты и соусы из овощей и фруктов, пил молоко с содовой водой, любил мед, ореховые котлеты и поглощал сладости, как школьник. Шоу никогда не курил, не пил вина, вдохновляясь отрицательным примером своего отца. Хотя для самого Шоу доступ на домашнюю кухню был закрыт, он оставался "теневым теоретиком" своего рациона. Писатель делал арифметические расчеты калорийности продуктов, учитывал вес, возраст, профессию и строго следил за и режимом питания, ежедневно взвешивался на кабинетных весах. Традиционный в Англии пятичасовой чай неуклонно соблюдался Шоу, но пил он в этот час молоко, закусывая печеньем или тортом домашней выпечки. После смерти Шоу его экономка Элис Лэйден выпустила книжку "Вегетарианская кухня Джорджа Бернарда Шоу". В книжке множество рецептов приготовления вегетарианских блюд, которые любил писатель, даны меню - завтраков, ленчей, обедов и ужинов, а также приведены любопытные эпизоды и факты о вегетарианстве великого драматурга. Вот один эпизод. Однажды Шоу спросил свою экономку Элис, достаточно ли у нее денег, чтобы оплатить предъявленные счета.
      - Да, - ответила Элис. - Я обменяю ваши чеки в мясной лавке и мне хватит.
      - Что-о-о? В мясной лавке? - закричал Шоу. - Вы знаете, что я не ем мяса и не желаю, чтобы к моим чекам прикасался мясник! Прекратите это навсегда! Я лучше открою вам счет в банке...

Шоу против Павлова

      Удивительно: Бернард Шоу и наш великий физиолог Иван Петрович Павлов были строгие вегетарианцы, во многим схожи чертами характера и так походили внешне друг на друга в старости. Но... Достойно сожаления, что Шоу не любил Павлова, не признавал его учения об условных рефлексах и центральной нервной системе. Он ненавидел павловскую вивисекцию - операции на живом организме ради добывания научных истин и говорил в беседе с советским послом в Лондоне И. М. Майским, что напрасно большевики верят в непогрешимость и всезнайство Павлова. Когда же Майский стал говорить о достижениях Павлова, Шоу совсем разошелся и прогремел тирадой: - Какие достижения! Какие открытия!.. Вы все преувеличиваете! Если уж хотите знать правду, так все открытия Павлова задолго до него сделаны мною, Бернардом Шоу. Почитайте внимательно мои пьесы и предисловия к ним!

Шоу опровергает

      В свое время в Лондоне разнесся слух о том, что убежденный вегетарианец Бернард Шоу где-то съел бифштекс и тем нарушил обет никогда не прикасаться к мясному. Раздраженный этой "уткой", он вынужден был ее опровергнуть: - Слух о якобы съеденном мною бифштексе - жалкое измышление врага. Даже моя жена начинает сомневаться в неизбежности каннибализма...

Он и так хорош

      Шоу вконец измотался на репетициях своего "Пигмалиона". Пожалев его, артист, игравший Хиггинса, предложил:
      - Может, накормить вегетарианца Шоу бифштексом и влить тем самым хоть немного крови в его жилы? Но актриса Патрик Кэмпбелл громко запротестовала:
      - Ради бога, не надо! Он и так хорош. А если дать ему мяса, какая женщина в Лондоне поручится за свою безопасность!..

Дрессировщики

      Дражайшая Эллен!
      Общественное возбуждение в связи с дрессированными животными для меня дело не новое. Этим вовсю занималась еще миссис Хейден Коффин. Увы! Все это не более как капля в океане жестокости, и я не могу понять, почему животные либо не сговорятся между собой и не изведут человеческий род, как мы изводим тигров, или же в отчаянии не покончат самоубийством.
      Дрессировщиков ученых собачек нужно расстреливать на месте: самые их лица выдают их куда красноречивее, чем их хлысты и их обращение с несчастными тварями. Единственные животные, которым, по-моему, нравится выступать, это морские львы и тюлени. Они ничего не будут делать, если сразу же не получат в награду угощенье в виде рыбы. Я думаю, два десятка львов, в окружении которых щеголяют наши современные дамы-укротительницы, пресыщаются до того, что с отвращением отвернутся, даже если им поднести нежного и жирненького младенца; все равно жаль их за то, что им так скучно. Но когда дама-укротительница хлещет их по глазам, добиваясь, чтобы они проворчали: "Да оставьте вы меня в покое, бога ради!", - я каждый раз надеюсь, что они разорвут ее на части, и каждый раз надежды мои не оправдываются- им даже прикоснуться к ней противно. Томящиеся в неволе птицы и тигры производят впечатление более тягостное, чем узники Бастилии в старинных балладах.

Затруднение врача

      Если смотреть с точки зрения этики вивисектора, придется не просто разрешить проводить эксперименты на людях, но и сделать это первым долгом вивисектора. Если можно принести в жертву морскую свинку, потому что это позволит узнать немного больше, то почему бы тогда не принести в жертву человека, потому что это позволит узнать гораздо больше?

Завещание

      Необычайными были не только бракосочетание Шоу, но и медовый месяц. Ему отчаянно не везло: сперва болела нога, пришлось ходить на костылях, потом "загремел с лестницы" - сломал руку, наконец, упал с велосипеда и вывихнул лодыжку.
      Выздоровление затянулось. Врачи, не зная, как помочь ему, стали во всем винить вегетарианскую диету. Сам неунывающий больной писал об этом осложнении:
      "Жизнь предлагают мне на том условии, что я буду есть бифштексы. Плачущее семейство окружает мое ложе, протягивая мне патентованные мясные экстракты. Но лучше смерть, чем каннибализм.
      В моем завещании содержатся указания насчет моей похоронной процессии, в которой не будет похоронных экипажей, но зато будут шествовать стада быков, баранов, свиней, всякой домашней птицы, а также передвижные аквариумы с живыми рыбами, причем у всех тварей, сопровождающих гроб, будут повязаны белые банты в память о человеке, который предпочел умереть, но не есть себе подобных. Если не считать процессии, направлявшейся в Ноев ковчег, это будет самая замечательная процессия, какую доводилось видеть людям".

Интересный пациент

      Шоу был ярым противником каких-либо экспериментов на животных в целях науки, особенно вивисекций, считая их жестокостью. Но готов был предоставить в качестве живого объекта себя. Он с серьезным видом шутил: - У меня была слабость к непризнанным методам лечения. Как только я узнавал про что-нибудь "самое последнее" (в медицине - ред.), я тотчас же выставлял свою кандидатуру в качестве подопытного кролика. Моя известность делала из меня интересного пациента, но медицинского интереса мой случай не представлял...


ЦИТАТЫ

      Общественность одобряет вивисекцию в основном потому, что вивисекторы утверждают, что это приносит людям огромную пользу. Я не допускаю ни единой мысли о том, что такие доводы могут быть состоятельны даже если они будут доказаны. Но когда защитник этой точки зрения начинает с утверждения, что во имя науки всеми обычными этическими нормами (в том числе обязанностью говорить правду) можно пренебречь, что должен подумать об этих доводах разумный человек? Я скорее пятьдесят раз солгу под присягой, чем буду мучить животное, которое дружески лизало мне руки. Если бы даже я и мучил собаку, у меня бы, конечно, не хватило наглости обернуться и спросить, как кто-то может подозревать такого достойного человека в том, что я говорю неправду. Надеюсь, что разумные и гуманные люди на это ответят, что достойные люди не ведут себя недостойно даже по отношению к собакам.
      …Если невозможно получить какие-либо знания, не мучая собаку, необходимо обойтись без этих знаний.


      Вивисекция стала сейчас настолько же обыденным явлением, как убой скота, казнь через повешение или телесные наказания; многие люди, которые занимаются этим, делают так только потому, что это является частью профессии, которую они избрали. Они не получают от этого удовольствие, они просто преодолели естественное отвращение и стали равнодушны к этому, так как люди всегда становятся равнодушны к тому, что они делают достаточно часто. Именно опасная сила привычки так мешает убедить человечество, что любая укоренившаяся профессиональная традиция берет начало в увлечении. Когда обыденное дело появляется из увлечения, вскоре тысячи людей будут всю жизнь заниматься им. Точно так же многие люди, не будучи жестокими и отвратительными, делают жестокие и отвратительные вещи, потому что обыденное явление, с которым они сталкиваются каждый день, по сути своей жестоко и отвратительно.


      Единственные знания, которых мы лишаемся, запрещая жестокость, это знания о том, что такое жестокость, полученные из первых рук, то есть именно те знания, от которых гуманные люди хотели бы быть избавленными.
      ...Вы определяете, оправдан ли эксперимент, просто показывая его практическую пользу. Разница – не между полезными и бесполезными экспериментами, а между варварским и цивилизованным поведением. Вивисекция – социальное зло, потому что если даже она двигает вперед знания человечества, она делает это за счет человеческого характера


      Молодая женщина: Знаете, мне этот обед кажется забавным. Вы начинаете обедать с десерта. Мы – с закусок. Наверное, это нормально; но я съела столько фруктов, хлеба и всего такого, что мне уже не хочется мясного.
      Священник: Мы и не предложим вам мяса. Мы не едим его.
      Молодая женщина: А как же вы поддерживаете свои силы?
      Священник: Они сами поддерживают себя.
      "Простак с Нежданных островов", пролог, сцена III


      Зачем требовать от меня отчет, почему я питаюсь как порядочный человек. Если бы я поедал обожженные трупы невинных существ, вы имели бы основание спросить меня, почему я так поступаю.


      Люди - это единственные животные, которых я панически боюсь.


      Совершенно ясно, что человек может насытится как бифштексом, так и хлебом с сыром. Весь вопрос в том, более низкую или более высокую форму жизни создает он в себе, питаясь бифштексом? Я думаю, более низкую.


      Я не ем мясо, рыбу и птицу.
      Я не пью ни опьяняющие напитки, используемые как стимулирующие вещества (в особенности, алкоголь), ни настоящие стимулирующие вещества, такие как чай. Сегодня не играет большой роли, что люди едят или пьют, потому что они не работают на пределе своих возможностей ни количественно, ни качественно. Для тех немногих, кто работает на пределе своих сил, это действительно играет огромную роль. Можно быть Санчо Панса, питаясь любой пищей при условии, что ее достаточно. Но если хочешь быть Пифагором, необходимо выбирать более тщательно…


      Письмо к Томасу Деметриусу
      Обед! Какой ужас! Я стану предлогом для убийства всех этих несчастных зверей, птиц, и рыб! Благодарю покорно.
      Если бы сейчас вместо банкета устроить пост, скажем, торжественное посвященное мне трехдневное воздержание от трупов, я мог бы по крайней мере сделать вид, что верю в бескорыстность этого поступка.
      Кровавые жертвы - вне моих интересов.
      Письмо от 30 декабря 1929г.


      Животные - это мои друзья ...и я не ем своих друзей. Это ужасно! не только страданием и смертью животных, но тем, что человек понапрасну подавляет в себе высшее духовное сокровище - сочуствие и сострадание к живым существам, подобным себе, растаптывая свои собственные чувства, становясь жестокими.


Мы молим Бога озарить наш путь:
"Даруй нам свет о всеблагой Господь!"
Кошмар войны нам не дает уснуть,
Но на зубах у нас животных мертвых плоть.


      Самый тяжкий грех перед братьями нашими меньшими – это не ненависть к ним, а равнодушие. В этом и состоит суть бесчеловечности.
"Ученик дьявола"


      Дарвин не только изложил эволюцию в общедоступной форме, он также внес в нее свой особый вклад. Сейчас общая концепция Эволюции создает научную основу для гуманизма, поскольку устанавливает равенство всех живых существ. Она вкладывает в убийство животного точно такой же смысл, как в убийство человека.
      ...этот смысл родства всех форм жизни – все, что нужно, чтобы не только сделать эволюционную теорию достоверной, но и сделать ее источником вдохновения. Св. Антоний был вполне подготовлен к эволюционной теории, когда он проповедовал рыбам, Св. Франциск – когда назвал птиц "братьями своими меньшими". Наше тщеславие и полное снобизма восприятие Бога как нашего земного родственника, это классовое разделение вместо той скалы, на которой было построено Равенство, привело нас к убеждению, что Бог создал нам особые условия, поместив нас выше остальных созданий. Эволюция сбила с нас эту спесь; и сейчас, когда мы можем убить блоху без тени раскаяния, мы в любом случае знаем, что убиваем своего родственника. Несомненно, блоху шокирует, что существо, которое всемогущая Небесная Блоха создала исключительно как пищу для блох, убивает прыгающего царя природы своим огромным и острым ногтем; но ни одна блоха не будет столь глупа, чтобы кричать на всех углах, что, убивая блох, Человек совершает естественный отбор, в результате чего развивается блоха, обладающая таким проворством, что ее не сможет поймать ни один человек, и таким крепким телосложением, что яд от насекомых оказывает на нее не больше действия, чем стрихнин на слона.


      Когда человек хочет убить тигра, это называется "спорт", когда тигр хочет убить человека, это называется жестокостью.
"Справочник революционера"


X